НОВОСТИ    БИБЛИОТЕКА    ССЫЛКИ    КАРТА САЙТА    О САЙТЕ

03.09.2018

Борисовские гобелены и слуцкие пояса: как работают предприятия, выпускающие национальные бренды

Слуцкие пояса прославили нашу страну еще два столетия назад. С борисовскими гобеленами история другая: они стали почитаемы и уважаемы значительно позже. Правда, в какой-то момент оба этих знаменитых белорусских промысла оказались практически забытыми. Мы наведались на РУП «Слуцкие пояса» и на Борисовский комбинат декоративно-прикладного искусства имени А. М. Кищенко, чтобы понять, при каких условиях наши известные бренды могут вернуть себе былую славу.

РУП «Слуцкие пояса»
РУП «Слуцкие пояса»

2014-й войдет в историю как год возобновления производства слуцких поясов. Благодаря появлению специальной госпрограммы и особому вниманию Президента, то, что казалось невозможным, вдруг стало явью. Мы заглянули на РУП «Слуцкие пояса», чтобы узнать, как живет это производство и есть ли у него будущее.

Шелковый путь

Лариса Ивановна Тарасова директорствует на фабрике четырнадцатый год, а вообще она здесь все тридцать восемь. Словом, видела это предприятие в разные времена и в разном состоянии. Но в молодости и подумать не могла, что здесь когда-нибудь возобновят производство слуцких поясов. Да что говорить, еще десять лет назад про это и мыслей не было. Но директор всегда знала: нельзя ждать с моря погоды, надо модернизировать производство, расширять ассортимент. Поэтому в 2012-м и закупили новое оборудование для производства стеганых одеял. И вдруг появляется Госпрограмма возрождения технологий и традиций производства слуцких поясов и развития производства национальной сувенирной продукции, рассчитанная до 2015 года.

И тут завертелось. В первую очередь, необходимо было разработать технологию ткачества. За это сложное дело взялась профессор Витебского государственного технологического университета Галина Казарновская. Позже она разработает целых двенадцать узоров, которые сегодня и тиражирует фабрика. А тогда это было лишь началом длинного пути. Понятно, ткать вручную пояса, как это было испокон веков, в наше время неразумно. Поэтому нужен был станок. Вообще сегодня, глядя на это чудо немецкой марки MAGEBA, так и хочется сказать «махина». Это действительно очень умное оборудование с программным управлением изготовлено по заказу в единственном экземпляре, аналогов ему и сегодня нет.

Но наличие станка, как оказалось, лишь полдела. Потом начались трудности с закупкой сырья. Искали натуральный шелк, близкий к тому, какой использовался двести лет назад. Лариса Ивановна рассказывает, что объехали пол-Европы: Швейцария, Германия, иные страны — то цена не подходила, то качество не устраивало. А вот в Китае выбор был большой. «Вам дешевый или хороший шелк нужен?» — спросили там. Конечно, второе. Взяли образцы, провели исследования, испытания: на разрыв, на качество краски и другие. В итоге китайский ничем не уступил европейскому, но оказался раз в восемь дешевле. Потом новые проблемы — с цветом, а точнее, с переплетением. Берут, например, черные нити, переплетают их, а получается коричневый. Зеленые вдруг превращались в бирюзовые и т. д. «Колдовали» долго, главное, что в итоге все получилось строго, как того и требует копия пояса.

Заместитель директора по производству Елена Федорович гордится слуцкой продукцией
Заместитель директора по производству Елена Федорович гордится слуцкой продукцией

Работа в три смены

К слову, оригиналом нынешние слуцкие пояса не называют лишь по той причине, что ткутся они не вручную, а машиной. Все остальное точно по технологии XVIII века. Но вернемся к этой самой машине. Ее, кстати, может увидеть любой желающий. Это входит в экскурсию по музею истории слуцких поясов. Здание на улице М. Богдановича, 8 правильно называть культурно-производственным комплексом. Здесь, помимо цехов, еще расположены кафе «Старый город», музей и сувенирная лавка. Не пожалейте пяти рублей, и вы очень удивитесь, увидев, как работает станок. Ткачиха здесь, скорее, наблюдатель, контролер, нежели участник процесса. Ее задача — следить за тем, как переплетаются нити, и, если что, вовремя остановить процесс.

Руководитель предприятия рассказывает: когда только запускали станок, пригласили на работу выпускников Барановичского государственного колледжа легкой промышленности. Хотели, чтобы, как и издревле, пояса ткали мужчины. Но молодым людям такой монотонный труд оказался не по душе. А вот женщины, спокойные и даже где-то флегматичные, отлично себя чувствуют.

Насколько загружен этот станок? — интересуюсь у директора.

Пояса делаем в три смены, — удивил ответ. — Только если у кого-то отпуск, переходим на две.

Ткачи-мужчины не прижились в Слуцке, все-таки это женская работа
Ткачи-мужчины не прижились в Слуцке, все-таки это женская работа

Лариса Ивановна даже на вопрос, сколько времени уходит на производство одного пояса, исчисляет не в днях, а в часах:

— Считайте: за смену делаем около пятидесяти сантиметров, то есть на трехметровое изделие уходит 48 часов.

Неужели и правда пояса настолько востребованы, что станок практически не останавливается? Ведь и стоят они недешево. С метаниновой нитью — две тысячи рублей, с серебряной — пять, а с золотой — и вовсе семь. Оказалось, что те, кому трехметровая копия не по карману, охотно берут панно — это просто небольшая часть пояса, вставленная в рамку. Кроме того, на фабрике и большой ассортимент со стилизацией слуцкого пояса: мини-поясочки, закладки, коврики для компьютерной мышки и т. д. Такая продукция тоже на ура расходится в сувенирных лавках.

Побывав на экскурсии в музее, вы сможете увидеть современное производство поясов
Побывав на экскурсии в музее, вы сможете увидеть современное производство поясов

Проблемы ворсом наружу

Гобелены всегда были гордостью Беларуси. Долгие годы лучшим подарком зарубежным гостям был именно такой стеновой ковер. Борисовские ткачихи достигли такого уровня мастерства, что замахнулись даже на «Гобелен века» высотой почти в двадцать метров, который позже попал в Книгу рекордов Гиннесса. А еще одно подобное тканое произведение авторства народного художника Беларуси Александра Кищенко — «Чернобыль» — по сей день украшает штаб-квартиру ООН в Нью-Йорке. Мы посетили Борисовский комбинат декоративно-прикладного искусства имени А. М. Кищенко, чтобы выяснить, как сегодня обстоят дела с гобеленами.

Алла Федисова пришла на фабрику в 1980-х: тогда здесь были золотые времена
Алла Федисова пришла на фабрику в 1980-х: тогда здесь были золотые времена

Гобелены посмотреть? Приезжайте! Правда, смотреть практически не на что, — так любезно приглашает нас к себе директор комбината Григорий Шемит. — Производство стоит.

К сожалению, все это оказалось правдой. Третий месяц в гобеленовом цехе тишина. Начальник ткацкого цеха Татьяна Шестухина рассказывает: не так давно сделали два гобелена для столичного Дома культуры профсоюзов. Первые тканые полотна в том здании появились еще в 1980-х, спустя много лет решили дополнить убранство фойе еще несколькими. Художник Валентина Кривошеева, вдохновившись современной белорусской архитектурой, придумала новый проект, который получил название «Праздничный фейерверк». Гобеленовый триптих на комбинате сделали пару лет назад, а последние две части как раз и ткали в начале этого года. Кропотливая работа заняла два месяца. Буквально сразу еще одна радостная весть: в строящемся здании Верховного Суда тоже захотели иметь тканые стеновые ковры. Объем небольшой: три узких двухметровых гобелена. Но работа нестандартная — всего десять сантиметров в ширину. Понимали, что придется поломать голову. Но и за такое взялись с радостью. Какая-никакая работа. Рассчитывали за полтора месяца управиться, но в восемь пар рук сделали все значительно быстрее. Во-первых, хотели хоть какую-то копейку заработать, во-вторых, пораньше в отпуск уйти.

Уже и отпуск у восьми ткачих позади...

Насколько я знаю, на ближайшие месяцы никаких заказов нет, — встречаем мастера с тридцатилетним стажем Аллу Федисову. Она пришла на комбинат в золотые времена. Тогда работало более двадцати ткачих и постоянно набирали новых. Заказов было море. Очередь из желающих стояла. Тогда ведь каждое солидное учреждение хотело иметь у себя гобелены. И не то что сейчас — метровые, а обязательно на всю стену.

Алла Львовна училась этому ремеслу, как раз глядя, как опытные ткачихи трудятся над «Гобеленом века». Молодую девочку к такому шедевру не подпускали, но она по этому поводу не особо и грустит. Говорит, потом еще столько красивых ковров соткала. У нее, впрочем, как и у всех ткачих-ветеранов, есть свой фотоальбом, куда она бережно складывала снимки всех своих работ. В последние годы этот альбом пополняется очень редко:

Месяцами сидим за свой счет. Мне еще более или менее: на пенсию вышла, хоть какая-то копейка есть. Молоденьким девочкам хуже.

Этот гобелен был сделан по мотивам картины Валерия Шкарубо
Этот гобелен был сделан по мотивам картины Валерия Шкарубо

Татьяна Шестухина тоже не маскирует проблему: с заказами действительно все плохо. Но ткачих никто увольнять не собирается. Большинство гобеленщиц умеют работать на ткацких станках, поэтому при необходимости их привлекают в другой цех.

Конечно, чтобы специалисты не сидели без дела, можно было бы ткать гобелены про запас, на продажу. Оказалось, этот вариант уже испробовали. Помогает мало, а точнее, совсем не помогает. На комбинате хоть сейчас можно устраивать мини-выставку готовых гобеленов. Здесь хранится около десятка ковров размером примерно 110 на 80 сантиметров. Все их ткали в надежде, что вдруг найдется желающий купить. Собственно, с гобеленом Владимира Савича «Белорус» так и было. Он, можно сказать, вышел в тираж. Два гобелена купили, а третий уже не первый год хранится в Борисове. Большие надежды были у руководства комбината на гобелен, сделанный по мотивам картины их земляка Валерия Шкарубо. Работы кисти этого художника в последние годы очень востребованы. Надеялись там, что и на гобелен найдется покупатель. Но нет. Его уже показывали на нескольких выставках, всегда восторженные отзывы… К слову, и сам художник был очень впечатлен столь точным воплощением его замысла в ткачестве. Но цена — пять тысяч рублей...

Татьяна Шестухина признается: не так давно решили, что имеющиеся гобелены готовы продать по себестоимости — за три тысячи. Но и на такую цену желающих нет. Объяснение простое: гобелены давно вышли из моды. Интерьеры сейчас делают совсем другие. Сегодня такое разнообразие красок и штукатурок! Роспись — отличная альтернатива гобеленам. Главное — это дешевле, да и, что греха таить, еще и практичнее.

Григорий Шемит
Григорий Шемит

Григорий Фомич, раз такая плохая ситуация, не целесообразнее ли просто закрыть производство гобеленов? — спрашиваю у директора.

Что вы! Мы ведь тогда загубим наши традиции. Нет. Мы будем барахтаться, пытаться выжить. Мода ведь циклична. А вдруг через двадцать лет люди опять начнут украшать помещения гобеленами? Кто их тогда будет делать? Специалистов ведь не останется. У гобеленщиц наших, конечно, незавидная судьба, но никто из них не увольняется. Все надеются, что ситуация исправится.

Наталья Степуро


Источники:

  1. sb.by




Колумбийцы плетут сомбреро, храня традиции

Борисовские гобелены и слуцкие пояса: как работают предприятия, выпускающие национальные бренды

К любимому ремеслу спустя 26 лет: в Тертере скоро заработает новая мастерская

Ремесло плетения килимов времён фараонов возрождают в Египте

Ковроткачество: древнее ремесло Центральной Азии

Лятиф Керимов - карабахец, изменивший ковровое искусство в Азербайджане

Мастера новгородские: Станислав Сорокин. С любовью к бересте

Ковроткачество – тёплое искусство

Ковер стоимостью $1,4 млн представлен на выставке в Дубае

Уэндел Суон: 'Влияние азербайджанских традиций на восточное ковроткачество огромно'



© Карнаух Лидия Александровна, подборка материалов, оцифровка; Злыгостев Алексей Сергеевич разработка, 2010-2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://splesti.ru/ 'splesti.ru: Библиотека по биологии'

Рейтинг@Mail.ru